То, что изложено в этой статье и её продолжениях не придумано, а является частью жизни, моей и моей семьи, во время работы преподавателем в Высшей национальной инженерной школе Туниса ENIT. В то же время Посольством мне было поручено составление аналитических обзоров зарубежной прессы по актуальным в те годы событиям на Ближнем Востоке и вокруг него для Иностранного отдела ЦК КПСС, а также выполнять другие поручения, связанные с моей профессией, организовывать и обслуживать туристические поездки по стране и чтение лекций по религиозной этике Ислама для членов семей дипломатов и россиян, работавших в Тунисе. Так что жизнь моя была насыщенной и полной приключений .Хочу, чтобы мой приобретённый опыт не оказался лишним для тех, кто попадёт в аналогичную ситуацию, да и туристам он не помешает.
Борьба
После второй мировой войны усилилось стремление африканских колоний к независимости и самостоятельности. Одним из первых на этот путь встал Тунис, на территории которого проходили военные действия, в которых участвовали тунисские войска в составе французского движения сопротивления. После войны длительная борьба привела к подписанию 20 марта 1956 года Протокола о признании Францией независимости Туниса, а уже в июле 1956 года были установлены дипломатические отношения с СССР, и в 1961 году был подписан Договор об экономическом и техническом сотрудничестве и подготовке кадров. При нашем содействии была открыта Высшая национальная инженерная школа Туниса ENIT, приглашены советские специалисты, а к нам направлены для обучения тунисские студенты и аспиранты. В ENITе работала постоянная группа советских преподавателей и научных работников, пользовавшихся большим авторитетом и уважением. Развивался межгосударственный обмен в сфере высшего образования, и Минвузом СССР я был направлен в ENIT в качестве Professeur contractuel как преподаватель.
Конечно современный Тунис многого достиг в развитии системы образования нации. Сегодня- это 56 университетов почти во всех городах небольшой страны. Даже в пригороде Арьяне, где мы жили, теперь три вуза. Но мы-то работали там в 1982-86 годах, поэтому все события, о которых будете читать, относятся к этому периоду.
Контракт был длительный, поэтому в Тунис я отправился с женой и сыном. Я имел солидный научно-педагогический стаж, оценённый почётным знаком «Высшая школа СССР» , и прилично владел французским языком. Это была моя вторая длительная командировка за границу, и все «со скрипом». Первая была во Францию. Но скажите кто бы не захотел побывать во Франции на «халяву» по приглашению известного учёного. Из России, из провинциального, хоть и самого крупного в городе вуза. Захотели бы многие и не только в вузе. Кончилось тем, что я сказал тогда ректору, что если не поеду я, не поедет никто, а институт получит «чёрную метку» в организации зарубежных связей. Приглашение персональное, а такие берутся на учёт в ЦК КПСС. К счастью поддержал меня Первый секретарь Обкома. Мой дерзкий демарш не был забыт, и поэтому я прибыл в Париж вместо конца августа только в декабре.
После моего возвращения с желанием продолжить научную работу Секретарь парткома нашего института по-дружески сказал: «Дорогой мой, в этом вузе тебе наукой заняться не дадут. Мой совет: поезжай поработать за границу. У тебя все данные для этого есть». А я упёрся, не поверил. Ведь меня так уважали мои товарищи! Остался и пожалел. А когда припёрло, согласился в страну, где при Посольстве есть школа. Вышел Тунис. И опять вмешался теперь Председатель месткома, отказавшийся подписывать мою характеристику. Кричал: «А чё всё он да он !». И всё-таки подписал мне, награждённому знаком «Высшая школа СССР» , да ещё с французским языком, которого не нужно было год обучать на курсах с отрывом от производства.
В Москве меня ждали, так как я был последним, кому предназначалось моё место в ENITе, квартира и так далее. Мы улетели последним подходящим рейсом, иначе в Тунисе начался бы учебный год, и контракт со мной был бы расторгнут.
К счастью всё хорошо сложилось. Рейс без задержки. Прилетим без опоздания. Регистрация, досмотр багажа, а нам было разрешено бесплатно тридцать килограммов. Получилось почти сорок. Простили. Санитарный и паспортный контроль прошли нормально. И вот мы уже в нейтральной зоне. На динары купили по бокалу вина, сыну сок. Чокнулись, Sante’! Улетаем в неизвестность.
Врастание в жизнь
Москва-Тунис
В самолёте нас отлично накормили дважды: до посадки в Будапеште- российская кухня, а после до Туниса- венгерская. Моя Вика на всякий случай сказала мне громко пару фраз на своём великолепном французском когда мимо проходили стюардессы, на что я коротко ответил: «D’accord !» Дескать согласен. И нас особенно хорошо накормили. Сыну и мне повторили блюда, а нам с Madame Victorine принесли по второму бокалу Каберне. Слегка обнаглев, попросил Le Monde. «Нету». «А других?». «Никаких» . Ну и ладно. Задремал. Встретили в аэропорту по-человечески с автобусом, но без особой радости. Как я узнал позднее моё место предназначалось другому из Москвы. По дороге из аэропорта Тунис-Картаж водитель нам долго рассказывал о нашем доме, квартире, извинялся, что она «плохая», но ведь последняя! Объяснял, что оплачивает её Посольство, которое просит по возможности экономить дорогую электроэнергию. Хоть дорога была недлинная успел рассказать ещё много интересного и полезного, в том числе, что кое у кого из преподавателей есть свои машины и есть общественные ПАЗ, РАФ, ПЕЖО и «шестёрка «, старенькие, но с дипломатическими номерами. Осторожно спросил есть ли у меня права ( permi ). Я схитрил и ответил «нет», что его очень обрадовало. На прощание вручил ключи и помог донести вещи.
Встретили нас молчаньем, хотя во всех окнах виднелись женские лица. Чему тут удивляться, ведь жить в заграничном советском коллективе тех времён, где половина- женщины, это «не баран чихнул». А у нас это было впервые. И как ещё много нам придётся узнать.
Встреча с Африкой
Тунис встретил нас жарой, ветрами из Сахары Мистралем и Сирокко, приносившими вместо песка мелкую пыль, скапливающуюся на полу из мраморной крошки. Барханчики приходилось сметать в отверстия, специально оставленные для этого по углам. Четвёртый верхний этаж, значит крыша и потолок будут нагреваться летом и охлаждать квартиру зимой. Двухкомнатная, не для Professeur contractuel, правда опоздавшего к дележу шкуры убитого медведя! Но со всеми удобствами: газ, электрическое отопление и нагрев воды в огромном баке, две лоджии, одна просто огромная. Ближний пригород Туниса Арьяна- тихое спокойное место. Весь дом из огромных пустотелых кирпичей- блоков, которые зимой сохраняют тепло, а летом защищают от жары. И это хорошо! Деревянные реечные ставни на окнах создают полумрак, прохладу и уют, что так важно для послеобеденной сиесты в самую жару. В доме почти все квартиры занимали мы- совьетики из разных мест, кроме нескольких на нижних престижных этажах для тунисских сотрудников ENITа. В квартирах мебель, кухонная утварь и многое другое переходили из поколения в поколение. Всё в чистоте и порядке. Вскоре нам принесли огромную деревянную двуспальную кровать. Новую с пониманием состава семьи. В прихожей стояли обрезанные валенки, и мы вскоре узнали для чего.
Быстро разобрали вещи, в том числе небольшой телевизор и приёмник. Телевизор сразу включили. Полилась итальянская речь, а сына, включившего приёмник встретила «Лунная серенада» Глена Миллера. Я подумал-хороший знак. Но хочешь-не хочешь, а есть-то надо! Вика налила «подозрительно» чистую воду в чайник и поставила кипятить, чтобы потом остудить и попить кипячёной, а я взял сумку и пошёл в ближайшую лавку рядом с домом купить поесть. Сыночка увязался за мной. Купили жареную курицу, фруктов, овощей для салата, чай, кофе, в общем всё, что нужно на первый раз за деньги, выданные в Минвузе. Везде хорошая, достаточно понятная французская речь, любезно дублируемая арабской, приветливая вежливая публика. «Папа, здесь всё есть!» Милый ты мой. Это Тунис. Ведь некоторые женщины чуть не в обморок падали, впервые посетив тунисские магазины и лавки. Только вернулись домой ( да теперь это так на все четыре года ), как постучали в дверь.
Стук в дверь всегда либо настораживает, либо приносит приятный сюрприз. Всё зависит от обстоятельств.
Мир не без добрых людей
Открыл дверь и обомлел. Алёша, старый знакомый. Надо сказать, что его научный руководитель был моим оппонентом по диссертации, а мой научный руководитель- Лёшиным оппонентом. Так мы познакомились и подружились. Он «оттрубил » четыре года в Нигерии с английским. Теперь в Тунисе с женой и с французским. Приветствия и вопрос чем занимаетесь? Вика: «Готовим питьевую воду против заразы, а Коля купил еду». «Конечно где попало! Ну да ладно на первый раз. Впрочем базар здесь рядом». Глядя на чайник, захохотал и сказал, успокоившись: «А у нас это делают так! » Налил из-под крана стакан воды и с удовольствием выпил. Мы последовали его примеру. Он объяснил, что есть три города, где воду не очищают, а только контролируют: Дамаск, Гренобль ( где я стажировался ) и Тунис. Вода чистая , можно пить из-под крана. И добавил, что если у вас что-то не так, то можете поправить желудок и кишечник. Хорошая вода и отличное оливковое масло «Атлас» . Другого здесь нет. Но такая вода- привилегия только столицы. Равно как и RAI- UNO, первая программа итальянского телевидения из Сицилии через остров Пантелерия с его ретранслятором на приёмник горы Бу-Корнин на тунисском побережье. В других городах ничего подобного нет.
Но он был неправ. Вся курортная зона от Суса до Табарки и Аин Драхама имеют и хорошую воду и два канала телевидения, арабский и французский. А в Табарке, Аин Драхаме и Бабуше у алжирской границы, западнее, ближе к Марселю принимают и французские программы.
Путёвка в жизнь, тунисскую
Алексей пришёл снова к вечеру. Говорили долго на кухне. Ведь кабинета у меня пока не было. Он дал мне хороший путеводитель по жизни. Объяснил, почему нас так плохо встретили: ждали другого из МЭИ. Он уже был здесь. Кстати это его квартира. Здесь три шефских направления: электротехника, строительство и химические технологии. Потому и шефствуют три московских вуза: МЭИ, МИСИ и Менделеевка. Прочие преподаватели и инженеры есть, но их мало, ты в том числе, армяне, грузины, азербайджанцы и изредка прочие русские. Разговор был длинный, за полночь. Но главное: Алексей на последнем году, уезжает. А он избран в состав Объединённого парткома при Посольстве. Освобождается место. «Я порекомендую тебя. Не вздумай отказываться. Здесь нужно уметь двигать локтями. Секретарь парткома — дипломат, Первый секретарь Посольства. Всё очень важно и ответственно, как на любом предприятии, где есть члены партии». «На носу 7 ноября. Будет приём в Посольстве. Я тебя включу для начала в список дежурных. Вот и познакомишься с кем надо, и на тебя посмотрят посольские. Во всех Посольствах порядок один. Это не армия, а гораздо строже. Если Посол или кто-то попросил что-то сделать- выполняй беспрекословно. Коллектив Посольства небольшой, и помощь всегда нужна».
«Дежурить будешь со мной на крыше. Оттуда всё видно как на ладони. Мужчины в смокингах, дамы в вечерних платьях с декольте. Сверху можно и заглянуть. Будет угощение для дипломатов, но и нас не забудут. Отвезут автобусом. Это будет твоё крещение». «У тебя есть приличный костюм и что-нибудь на грудь типа «Ордена Почётного Легиона», хотя бы Шевалье? Сойдёт британский «Орден Подвязки» или испанский «Золотое Руно». Нет, а что есть? Шучу!» Я говорю , что у меня есть финский костюм и знак «Высшая школа СССР» «И ты молчал! Да это лучше чем Шевалье!» Посоветовал на отчётно-выборное собрание в культурном центре одеть и то, и другое и пройтись, показаться во всей красе. Ведь многие такой знак не видели даже на груди у ректора. А пока не рыпайся, сосредоточься на учебном процессе и языке. Не стоит напрашиваться на знакомства и контакты, но и не отвергать. Больше слушать, меньше говорить и впитывать информацию. Всё пригодится. «Впрочем, ты уже опытный, прошёл Францию. Не пропадёшь! Кстати что-то о тебе знает Советник-посланник ( p.s. Заместитель Посла ), и тебя недолюбливает. Но он старый и вот-вот уйдёт на пенсию. А пока сторонись его. И не суйся в Посольство. Всё решай в консульском отделе».
Новая жизнь продолжается
Он ушёл, а мы поужинали, попили чаю и легли спать. Представьте: тишина, свежий воздух, аромат жасмина, жара схлынула. Уснули моментально. Ведь следующий день должен быть трудным: консульский отдел, школа для сына ( первый класс ), администрация ENITа, представиться старшему по дому, а так же Chef d’ option ( типа зам. декана из МЭИ ), чтобы решить вопрос с нагрузкой и так далее. Ровно в три часа ночи нас разбудил громкий призыв муэдзина с минарета «Аллах Акбар!» , слышимый особенно звонко в полной тишине. Призыв на молитву правоверным мусульманам. Первый шок прошёл, мы посоветовались, решили не молиться и снова крепко уснули до утра. Вскоре мы привыкли к таким призывам. Ведь правоверные должны молиться пять раз в сутки по призыву с минарета. Много позже я прочёл две лекции на тему: Религиозная этика Ислама, где рассказывал об основных постулатах Ислама: что для правоверных хорошо и что плохо, дозволено и не дозволено, верно и неверно. С прицелом на нашу аудиторию, в основном для членов семей дипломатов и других, работающих в Тунисе, чтобы они не попали в неловкое положение. Но об этом расскажу позже, в своё время.
Да, мы прилетели позже всех, заняли последнюю квартиру, которая предназначалась другому, которого ждали. Но ведь это не значит, что мы не станем одной семьёй на целых четыре года, а может быть и дольше.
4.Мы все — одна семья
Как принимают «по одёжке»
Первой проснулась как всегда Вика. Вышла пройтись. Из соседнего подъезда вышел, нет не араб, а живой азербайджанец во всей своей красе, но без улыбки. Общительная Вика, родившаяся на Кавказе и прожившая там двадцать три года, поздоровалась как положено и чтобы завязать разговор, спросила сколько времени. «У вас же самой на руке часы, а вы спрашиваете». Так и не сказал. Узнал, что мы только что приехали и смягчился: «Пойду заведу машину». Зашла соседка: «Нет ли у вас куркумы?» И спохватившись, представилась: «А что вы готовите на завтрак? А что вы напеваете, знаете итальянский?» «Нет, я знаю песню и подпеваю по-французски». «А, всё равно, у нас никто не знает по-итальянски». И улыбнулась вдруг: «До скорого!»
День начался со школы. Четырёхлетка, в прекрасной арендованной как и Посольство вилле, окружённой забором из блоков, кругом жасмин, просторная площадка для ребят и никакой охраны. Зачем! Почему начался со школы? Дело в том, что от школы до Арьяны далеко, и ребят отвозят и привозят автобусом в одно и то же время. Вот и мы с сыном тоже сели в этот автобус. В школе нас встретили приветливо. В первом классе пять человек. Класс наполняется. Вернувшись домой, сын долго не мог привыкнуть, что его спрашивают не каждый день да ещё по несколько раз. Педагогический состав из самых квалифицированных учителей, тщательно отобранных, прошедших конкурс досье и серьёзные собеседования. Ведь это Тунис, страна жасмина и туристическая Мекка. Да и школа при Посольстве, а там и посольский магазин. Процедура оформления заняла пять минут. Директриса взяла документы, улыбнулась, сын пошёл в класс. А мне:»Вы свободны, до Посольства не далеко, дойдёте пешком, а сына доставят автобусом». В консульском отделе консул взял паспорт и сказал, что в Тунисе он мне не понадобится, так как мне через пару дней выдадут Вид на жительство Carte de Sejour. Но её можно не носить, а сделать у них ксерокопии карты и водительских прав ( permi ), если они есть. Для полиции этого достаточно. «К тому же у нас машины с дипломатическими номерами», добавил, загадочно улыбнувшись. От Посольства до дома 45 минут пешком по жаре. Всего-то 45 градусов в тени, зато 50 на солнце. Вспомнил как по жаре ходят в Бразилии и на Кубе: все в белом, медленно и только по теневой стороне улицы.
А у меня впереди Сахара, за спиной Средиземное море, и никакой тени. Мимо Олимпийского стадиона, супермарше «Тута» , за ним штаб-квартира Ясира Арафата, а чуть дальше моё будущее место работы Аннекс ENITа ( филиал ) для обучения моих студентов. Но тогда об этом я ещё ничего не знал, шагая и думая, что если взять пару, а лучше две, кроссовок и немного денег и идти всё время прямо, то дойдёшь по Африке до Кейптауна. Не знал о том счастье, которое на меня свалилось. Ведь оказалось от Аннекса до дома двадцать минут пешком, а в ENIT возят автобусом, пешком полтора часа по жаре если невтерпёж, или подсесть в машину к какому-нибудь поляку, сказав: «Дзень добже, панове! Вшистко в пажёнсте?» Или ждать автобус. Недаром в Аннекс перевёлся с юга сам Аванес Леонович, легендарная личность, о котором я ещё буду рассказывать.
Вернувшись домой, выслушал доклад своей Викули: «Во-первых сын уже вернулся с учебниками, пообедал и сел за уроки. Во-вторых я сходила на базар с твоим бумажником и купила что нужно. Я в восторге. Всего десять минут пешком, есть абсолютно всё, и дешевле. Не нужны никакие магазины и лавки. Все такие приветливые, здороваются по-французски. Наложили мне в пакеты огромные гроздья винограда, Кадо-подарок. Еле донесла. Заходил старший по дому. Посмотрел, поговорили. Пригласил нас на ужин. А вот к Chef d’option тебе надо зайти самому, получить нагрузку. Привет от Лёши, крикнул в окно с улицы». Жизнь продолжается. Соседский холодок потихоньку уходит. Пришла соседка «за куркумой» . Познакомились, хорошо поговорили. Хочет дружить. Много интересного, житейски важного рассказала. Ведь для нашего брата в жизни за границей огромную роль играют мелочи: как сказать, куда пойти, где что купить, как обратиться и так далее. Их так много, а знать их надо!
Прилетели мы в среду, а работа ждала меня только в понедельник. «У Вас будет время подготовиться»- сказал милейший Chef d’option. Обсуждали только процедурные вопросы. Поругал: «Вы что это с места в карьер? У нас так не принято, да ещё по жаре». Долго объяснял почему Аннекс, а не ENIT. Тунису нужна низшая фильера. Всего их три: высшая- магистры для науки и образования, средняя- инженеры для промышленности и низшая- старшие техники, под инженеры для конкретной работы на оборудовании, которые не только надувают щёки, но и работать умеют. Самостоятельные, самолюбивые, ершистые, но если полюбят, то навсегда. У Вас три пары с утра по понедельникам: лекция и две пары лабораторно- практических занятий. «И всё?» «И всё! В ваш учебный процесс я не вмешиваюсь. У нас это не принято. О видах занятий я сказал, перетасовывать их нежелательно. Система преподавания- французская. Ну да это Вы знаете. Опыт есть». Посоветовал уровень преподавания приближать к нашему вузовскому, подружиться с администрацией и директором. Получить у них рекомендованную программу курса и список студентов, уточнить расписание занятий. «Найдите свою фамилию со всеми титулами. Да вот ещё: после окончания занятий покидайте территорию Аннекса с целью безопасности». » Почему?» «Сами потом узнаете. Вам будет помогать наш инженер Олег, ваш сосед». Чтобы не нарваться на насмешки, я не спросил что делать в остальные дни. Решил- жизнь подскажет. Но в догонку получил: «Только не занимайте субботу и воскресение. Мы ездим купаться или на центральный рынок в Тунисе, на экскурсии, или что-нибудь ещё. В Посольстве Вы были?» «Нет ещё» «Да и не ходите. Мы здесь все дела решаем сами».
Ужин у старшего по дому был вполне! Хотя мы уже поняли, что у «местных жителей» соблюдается главное наставление одного из древнеримских философов как раз времён Карфагена: «Старательно культивируемая простая и скромная жизнь лучше славы и богатства.» Скоро и мы условно повесим его портрет у себя в спальне и вольёмся в эту полную изобретений и открытий хозяйственную жизнь. Между прочим Карфаген по-французски- Картаж, на территории которого вольно раскинулась Республика Тунис, или Tunisie. Поэтому и аэропорт Тунис- Картаж- международный, лети куда хочешь. Ну почти! Семья «старшого» была необычной и очень интересной. Пожилые муж и жена имели взрослых детей, и большую часть жизни прожили и работали за границей. До этого проработали четыре года в Мали. Непростые люди. После Мали- и в Тунис, это надо заслужить. Встретили нас тепло, за угощением рассказали много интересного и полезного. Удивились, что мы первый раз за границей так вот вместе и сразу в Тунис. Выручила Вика: «Ждали пока сын пойдёт в первый класс». Покачали головой, и мы почувствовали, что и они «что-то про нас знают», не только Советник- посланник, о котором говорил Лёша. Жёны понравились друг- другу, и это нам очень помогло освоиться. К сожалению их контракт заканчивался через два года. Но и мы через два года будем уже не те.
С другими «карфагенцами» перезнакомились быстро. Действительно интернационал. В основном москвичи из МЭИ. Всё-таки шефы. Но оказалось, что основная масса совьетиков живёт в Гулете, другом портовом пригороде столицы, прямо на берегу моря. Как я им позавидовал, глупец, а как они завидовали нам, поставив на кон свои промерзающие зимой сырые квартиры против нашей Арьяны, тихой, зелёной с ароматом жасмина и прекрасным базаром рядом, с призывом муэдзина в три часа ночи на молитву. Холодновато зимой, но мы подтапливали электропечами, да и валенки зимой на холодном мраморном полу пригодились. Море в семнадцати километрах, но зато какие пляжи: Гаммарт- пляж, отель Амилькар со своим пляжем, доступным для машин «дипломатов». Да и наш «дипломатический» транспорт всегда наготове и для пляжа, и для экскурсий, и безотказные общественные водители, а в перспективе общественный экскурсовод с русским, французским и позднее даже немного с арабским.
5.Когда работа украшает человека
Все знают про волка, который от работы в лес убежит, но эти «все»- бывалые, а я оказался единственным новичком в этом году. Впереди суббота и воскресение плюс пятница. Позанимаюсь! Рано утром в субботу стук в дверь. Шофёр, подвозивший нас из аэропорта. «Здравствуй, дорогой, мне сказали что ты водишь машину. Отвези, пожалуйста женщин с детьми на пляж, я что-то сегодня не в форме. Я про себя: «Значит был в культурном центре и отоварился в посольском магазине.» «Прав нет.» «Ха, да и не надо. По дороге на пляж постов нет, да и номера дипломатические. Тебе будут честь отдавать, если встретятся». «Дорогу не знаю». «Женщины покажут.» «Я же не водил автобус». «Покажу, да и в долгу не останусь» «Ты откуда?» «Из солнечной Армении». «Ну тогда по рукам, я из морозной России». За четыре года мне придётся изредка водить ПАЗ, РАФ и ПЕЖО, всему научиться. Дорога- наша, деревенская, укатанный песок через небольшой лесок. Наконец она кончилась, и я ахнул. Широченный пляж из чистого песка. Совершенно пустой. Автобус в тень, зонты и палатки по-семейному. Вдалеке группа арабок. Купаются по-мусульмански в тонких длинных рубашках до пят, похожих на ночные. Увидев, что я подхожу, замахали руками. Я- назад. Вот она наяву религиозная этика Ислама. Оказалось, что из детей только мой сын умеет плавать- учили в детсаду. За детей можно не беспокоиться, а в палатке можно и пошалить. Упругое дно настолько пологое из чистого песка, что утонуть невозможно. Можно заходить метров на сто. Я плаваю, но больше люблю ходить по пляжу. Прошёл пляж до посёлка Гаммарт. Посмотрел на виллы, готовые и строящиеся. На ходу загар ложится ровнее, и я люблю хороший загар. А Вика предпочитает тень, чтобы сохранить скандинавскую внешность и свои серо- голубые глаза. Поэтому она пристроилась в тень под чей-то зонт. Другие дамы всё время чем-то мазались. Предложил помочь, но Вика так на меня взглянула! Накупались, свернули Colonie de Vacances и поехали.
Остановились возле горы арбузов и дынь. Все спелые с гарантией. Автобус слегка присел на рессорах. Ехали с песнями, женщины пели, дети подпевали. Мой шофёр вышел навстречу с бутылкой виски, налил полстакана. «Подожди я поставлю автобус». «Пей, я сам поставлю». Один арбуз съели, второй в холодильник. Туда же и дыни на вечер. После сели обедать чем Бог послал. Благодаря Вике, Бог оказался щедрым. Закрыли ставни и легли отдыхать. Сиеста, святое дело- обычай. Заставили и сына, сославшись на местные порядки: L’Habitude tropical ! Стал понимать. Вика стала обучать его французскому, а сам сын начал быстро схватывать итальянский из не выключаемого телевизора, и через некоторое время когда я возвращался докладывал: «Выступали Сангинетти и Андреотти и говорили что-то о преступности». «А что премьер Кракси?» «Его не было». В диалог вступала Вика: «Пела Рафаэлла ( Кара’ ), хоть ты её и не любишь, я знаю. Тебе больше нравится Лоретта Годжи. А вот мне рассказывала жена Олега, когда поёт Мильва, то лучше к нему не подходи.» В воскресенье ситуация повторилась. Пришла жена шофёра и сказала, что муж спит, и она не может его разбудить. И ещё шепнула кое-что на ухо. А ехать женщины пожелали на Центральный базар ( Сук ) Туниса через весь город в центр. Я категорически отказался, и никакие сладкие увещевания не помогли. Уступил, поехали на пляж. Когда же позаниматься? Только вечером после ужина, если не придут «за куркумой». Вот для чего нужна квартира с отдельным профессорским кабинетом. Но Господь посмотрел на это безобразие и решил мне помочь.
Знакомство с Аннексом и его обитателями
Утром в Аннексе я увидел двор полный студентов. Отовсюду: «Bon jour, Monsieur Nicola , comment allez-vous?» «Салам алейкум, ля бесс? » Значит я в раcписании. Поболтал со студентами, а они никуда не торопятся. Оказывается, что сегодня торжество, начало нового учебного года. Хоть бы одна собака могла предупредить, успокоить, а то ведь я- на грани инфаркта. Это с виду только хорохорюсь. У всех радость через край. Значит занятий сегодня не будет. Посмотрел расписание занятий. Представлен я правильно: Maitre de conferences. Это я в контракте записан как Professeur contractuel для начальства. Представился в Администрации: вначале Салам алейкум! , а уж потом Bon jour, Messieurs, Dames! Сказал, что видел расписание. Получил рекомендованную программу курса и список моих студентов. Пригласили в кабинет директора на чашечку кофе, праздник ведь он для всех. Это дорогого стоит! Вот что значит правильно поздороваться. Преподавателей много, а пригласили меня. Ведь Аллах смотрит с высоты и не разрешает алкоголь и многое ещё, а кофе можно везде, и у директора Аннекса, и у торговца на базаре.
Дома Вика всплеснула руками. «Я же говорила, что придёт живым! Как прошло первое занятие?» Ответил скупо, но со вкусом: «Нормально». Спросил сына как дела в школе. Ответил в тон мне, но по-арабски «Хан дулля!» Я: «Moi, je ne parle pas arab». Сын поправился: «Ca va bien!» Сели обедать, потом сиеста. Жизнь продолжается и становится всё интереснее.
Это то, что меня ждёт. Моя работа.
А у меня есть ещё почти целая неделя, чтобы подготовиться к первым занятиям.
Продолжение следует.
